Накахира хозяйственный и любит кошек
//родился в Дежурке//
Название Кузнец.
Бета: не бечено! будет. когда-нибудь
Фандом: EXO-K/M
Пейринг/Персонажи: Исин - центрик (Чанёль|Исин)
Рейтинг: G
Жанр: сказка, виньетка
Предупреждения: AU, ООС
Размер: драббл (1218 слов)
Описание: "Каждому, кто верит..."
От автора: я мучал эту историю почти год ттт плохо быть слоупотиком
Примечание1: строчка в описании, мир и реалии фика "Игрушечных дел мастер", я просто не мог оставить без внимания Исина ^^
Примечание2: саунд: Аквариум – Город Золотой
Посвящение: mesmey :shy:

«Пускай ведет звезда тебя дорогой в дивный сад.»


Чанёль возвращается в город с холодами…

Исин слышит лай снежных щенков ещё от окраинных домов и, по одной отбирая ароматные травы для чая, вслух начинает отсчитывать оставшиеся метры.
На пятидесяти он не выдерживает: вешает чайник над огнем, накидывает на плечи первую попавшуюся кофту и прямо в домашней обуви выбегает во двор.

Щенки забегают в ворота, всбив, словно со старой подушки, облако снежно пыли у крыльца, вертятся, тявкают, нетерпеливо рвутся быстрее освободиться от ремней.
- Там за городом метель такая, упряжку занесло, представляешь, новый выводок, необъезженные почти, а других мне Кай не дает больше, но ты с этими тоже должен познакомиться, они клевые, только пугливые немного, чуть домой не повернули, что за беда с этим Кёнсу, когда он уже погодой управлять научится, - вместо приветствия, скороговоркой почти, выдает Чанёль, одновременно с этим распутывая упряжь, а щенки, кто постарше и посообразительней, уже тычутся мокрыми носами Исину в руку в поисках угощения, - и олень твой по дороге чуть не сбил ещё.
- Лу Хань на оленя и обидеться может, кто тебе потом подарки для Кая делать будет? - смеется Исин, гладя щенков по широким лохматым лбам и пряча пальцы в густой шерсти – кофта, оказывается, не греет почти.
- Я про Рудольфа, но кто виноват, что они на одно лицо, - хитро подмигивает Чанёль, но, спохватившись, охает, достает из наплечной сумки большой красный шарф и тут же обматывает им Исина, - ты бы совсем раздетым вышел, а потом заболел, вот бы Лу Хань над тобой поржал.
- Волшебники не болеют. Простудой точно, - говорит Исин куда-то в шарф, радуясь про себя, что уши теперь, такие же красные, не видно за мягкой плетеной вязью, - ты надолго в этот раз?
Чанёль вдруг как-то тускнеет и виновато отводит глаза, трепля самого крупного щенку между ушей.
- Один день и ночь. У Кая скоро большая охота, такое раз в тысячелетие бывает, нельзя пропускать, там новые земли, те самые, что на карте. Но ты не беспокойся, я тебе все истории рассказать успею, и сани посмотреть, наверняка ведь опять гонки на оленях устраивали. И вот еще, смотри – совсем новый, - оживает под конец речи Чанёль и бережно достает из кармана у пояса железный цветок.
- Пошли в дом, - забирает подарок Исин, машинально оглаживая пальцами острые края. Металл звенит тихо, принимая в себя излишки его силы.
- Через неделю расцветет или раньше, - восхищается Чанёль, наблюдая, как растекается зелеными прожилками по лепесткам новая жизнь. У Исина весь дом в таких цветах утопает, диковинных, таких во всем мире нет. А в фантазиях Чанёля – есть.
И в рассказах Чанёля - чудеса. И в руках - особая магия, сам Чанёль не верит, но Исин никогда не видел, чтобы ещё кто так ловко управлялся с железом и огнём. Чанёль – особенный, среди неволшебников особенный и для Исина – тоже. Потому что никто так хорошо его волшебство не понимает, даже Лу Хань. И мало один день, очень мало.
Ни со щенками снежными не наиграться.
Ни рассказы все не переслушать.
Ни… Что Исину просто мало Чанёля, он не признается даже в мыслях.

К вечеру отдохнувшие и довольные щенки разваливаются у камина, путая друг с другом хвосты и лапы. Чанёль, выполнивший все обещания от рассказов до ремонта саней, пристраивается следом, садясь вместо стула прямо на дорожную куртку, и разворачивает на коленях карту.
Исин снимает с огня неоднократно забытый в дневной суете чайник и разливает воду по чашкам. Чанёль, не отрываясь от вычерчивания заметок в карте, двигается и хлопает рукой по освободившемуся месту, чтобы после лукаво улыбнуться, когда Исин, совсем не по традициям волшебных чаепитий, действительно садится рядом.
- Вот здесь я первый раз встретил золотых птиц. А здесь пройдет тропа охоты. Если увести упряжку чуть северней, я попаду на дорогу к золотым воротам.
- В прошлый раз ты говорил, что она находится чуть южнее.
- И в прошлый раз ее там не оказалось. Это новые расчеты, уточненные. - На карте почти не остается незаштрихованных мест, и Исин думает, что будет, если и эти расчеты вновь окажутся неверными. - Если я его существование не придумал, конечно же, - будто прочитав его мысли продолжает Чанёль. Потом откладывает карту, потягивается, зевая от всей души и поднимается вслед за Исином, делая вид, что помогает отнести пустые чашки на кухню. Исин подыгрывает, дожидаясь, пока Чанёль сложит их в мойку, а после перехватывает его руки и пожимает успокаивающе.
- Я верю, что ты обязательно его найдешь. - Чанёль в ответ улыбается ярко, как только он умеет, и Исин больше, чем уверен, что именно ради такой поддержки Чанёль и приезжает к нему каждую зиму. – Иди спать, а то завтра все щенки разбегутся, если будешь зевать в дороге.

Уже ночью, когда Чанёль послушно сопит, расстелив все там же, у камина со щенками, медвежью шкуру, Исин у окна ловит в ладони лунный свет и сплетает над городом новые волшебные нити. Новые пути, дороги и возможности для тех, кто верит. За работой он совсем не замечает времени, и только вздрагивает, когда Чанёль обнимает его со спины, устраивая голову на плечо, и урчит что-то, словно кот, хотя даже охочие до ласк Сехун и Тао так никогда не делают.

- Рассвет скоро? Мог бы спать до солнца, я бы не пропустил.
Чанёль урчит снова что-то похоже на «Аха», но кольцо рук не разжимает, чуть покачиваясь вместе с Исином из стороны в сторону, помогая лунным нитям самим скользить по пальцам. Исин греется в его объятиях, заряжаясь тем самым особенным огнем, и думает о том, что правильно ли хотеть волшебнику, чтобы солнце ненадолго задержалось с восходом. И еще о том, что Чанёль никогда не просил сплести верную дорогу для себя, хотя знает всё и о магии Исина, и о её возможностях.
- Поехали со мной, - вдруг нарушает тишину Чанёль, когда лунные нити на пальцах Исина почти совсем исчезают, - с Каем познакомишься, он добрый очень, когда не на охоте, тебе понравится.
- Добрый, и поэтому никогда не дает тебе взрослых щенков?
- Взрослые почти волки, только его и слушают. Поехали, найдем мой город вместе, и мне не надо будет больше тебе рассказывать, какие там цветы. И птицы. И звери. И золотые ворота, ты их сам увидишь.

Поднявшая с рассветом метель заметает следы собачьей упряжки Чанёля, который привязан к своей мечте, как Исин пока привязан к этому дому. Объяснить это получилось легко, сложнее было на следующую ночь сплести из лунных нитей новую дорогу. Исина там нет, зато есть золотые ворота в город, который Чанёль искал всю жизнь.

Еще сложнее через год не ждать с холодами лая снежных щенков и только кивать, улыбаясь, когда счастливый после отпуска в Мумилэнде Лу Хань, заглянув на лунный новый год к нему с обоими котами, рассказывает удивленно:

- Я слышал, твой чокнутый фанатик все-таки нашел свой сказочный город.

Сехун и Тао кивают синхронно, и Исин гладит их по ушам, не спрашивая даже, куда девалась та особенная, отправленная специально для Сехуна искра. Свежие искры Исину теперь привозит новый, незнакомый кузнец. Он совсем обычный, без огненной магии, сказочных историй и диковинных цветов в кармане.

К концу второй зимы Исину каждую ночь снятся золотые ворота, и совсем не снежные, подросшие уже щенки рядом. Они встречают его как старого друга, кружа вокруг и утыкаясь мокрыми носами в ладони, а потом знакомые руки обнимают со спины.
- Ты долго.
Это тоже сложно, но Исин помнит, что сам сплёл верную дорогу и уже через десять дней привыкает спать без снов.

Поэтому звонкий лай у окраинных домов он принимает за очередную волшебную галлюцинацию, но…

Чанёль возвращается в город с первой капелью.


@темы: фики, спонтанный переключатель единорогов, корейский чешир, гитарка-капл, анончик балуется, Связь