Накахира хозяйственный и любит кошек
//родился в Дежурке//
всё еще не знаю, зачем дублирую фики сюда, если на фикбуке оно прекрасно висит, но пусть будет :hmm:

Название: Трампампам, Сефирот!
Автор: Накахира хозяйственный и любит кошек
Размер: мини, 1860 слов
Фэндом: EXO
Пейринг/Персонажи: Лу Хань и его коты, kid!Тао и kid!Сехун, Ифань и загадочный критик К.М.С.
Категория: джен
Жанр: Юмор, Флафф, AU
Рейтинг: G
Посвящение: К.М.С. и коты - Рисовый Переводчик; Тао и Сехун - ly_rika; Ифань - lightdragonix; Лу Хань - автору xd
Обложка: pp.userapi.com/c638220/v638220295/36ac9/U7bv3_C...
Саунд: Nobuo Uematsu – One-winged Angel (OST FINAL FANTASY 7)
От автора 1: как точно зовут котов Лу Ханя не знает, наверное, даже сам Лу Хань, поэтому здесь они Чжу (свинка) и Рыжий. Спасибо Shunn за помощь с их именами :heart:
От автора 2: я сначала написал фик, и только потом понял, что это получился стёб на собственные попытки в фикрайтерство, привет, сх *О*
(но если вы узнали в фике себя... добро пожаловать в братство lol)


Лу Хань никогда не считал себя фанатом. Разве что чуть-чуть. Самую капельку, всего на одну рукоять двуствольного ганблэйда.

Лу Хань никогда не считал себя геймером. Совсем. У него даже приставки своей никогда не было. А матчасть не экранизированного в полноформатное аниме «Crisis Core» приходилось изучать по чужим сохраненкам.

Очень серьезно и внимательно изучать, потому что Лу Хань с недавнего времени считал себя фикрайтером. И не просто фикрайтером, а несущим в мир добро, справедливость, и пропущенные сцены во имя сияющего лика невиннобвиненного во всех бедах Сефирота. У Лу Ханя даже последователи были: целый личный раздел от восторженных читательниц на фикрайтерском форуме и личный анонимный критик с низменной подписью «К.М.С». Критик Лу Ханю даже нравился, он талантливо опускал его работы, докапывался до важных мелочей (на которые у Лу Ханя в силу малого опыта еще не был наметан глаз) и саркастичными фразами вроде «Вы ещё на Сефирота нимб оденьте» подавал идеи на новые сюжеты. Вот в первую очередь ради этого критика Лу Хань и задрачивал по вечерам в матчасть. А вовсе не ради популярности, баллов и сердечек в профиле.

Сохраненки прохождения игр и редкие переведенные на китайский официальные новеллы Лу Хань брал у соседа сверху и по совместительству – хорошего друга по имени У Ифань.

Ифань был большой, добрый, пофигистичный, а главное – геймер. Со стажем и лимитированной коллекцией дисков. И с очень (очень! восклицательным знаком и красной предупреждающей строкой над Мако-реактором) вредным десятилетним братом.

Брата Ифаня звали странным корейским именем Сехун, а разрушающая сила его вредности могла бы смело тягаться с тремя объединенными шинентай. И нет, это вовсе не Лу Хань придумал.

(На самом деле – придумал, и даже посвятил этому целый рассказ о попаданцах, где Сехун был восьмибитовым новобранцем «Шинра Компани» и геройски сливался ещё на первом уровне сложности, затоптанный стаей разъяренных чокобо.)

Но эта история была не о Сехуне, хотя он и сыграл в ней не последнюю роль.

Однажды Сехун заболел. Обычной ветрянкой, которой болеют все дети и некоторые неудачливые взрослые. Но, всё ещё оставаясь вредным Сехуном, заболеть он умудрился накануне дня рождения Лу Ханя.

И нет, Лу Хань не думал праздновать. И даже не планировал приглашать Ифаня.

В этот день, купив для вдохновения огромный торт-мороженое с фисташками и два стакана с холодным американо без сахара, Лу Хань собирался написать свой Самый Лучший Фанфик ТМ. И посвятить его, конечно, критику.

И только Лу Хань поставил торт в холодильник и загрузил ноутбук, как в дверь постучали.

Интуиция предлагала не открывать.

Коты (а у Лу Ханя было два замечательных кота) устроились в ногах и намекали не открывать тоже.

Ангел на правом плече Лу Ханя успокоил, что Сехун болеет, а демон на левом плече напомнил, что Лу Хань сегодня от Ифаня ещё подарка не получал.

На слове «подарок» Лу Хань сдался.

За дверью действительно стоял Ифань с двумя пакетами, осторожно выталкивая перед собой, как щит, незнакомого Лу Ханю мальчишку, по виду – ровесника Сехуна.

– Привет, – не нашел ничего лучше сказать Лу Хань, вспоминая, что в первую очередь он сейчас – радушный хозяин (а за вторым тортом еще не поздно сбегать).

– С днём рождения, – тяжело вздохнул Ифань и передал Лу Ханю один пакет, – а у нас Сехун заболел.

– Я знаю, он уже успел достать меня этим в Вичате. Ты извини, я поэтому не стал вас звать, но раз ты зашел, может, хотите чаю? А это друг Сехуна?

– Это Тао, – ещё тяжелее вздохнул Ифань, а Тао улыбнулся во весь рот и закивал, как болванчик, трогательно прижимая к себе плюшевую белую болонку, – понимаешь, тут такое дело, – продолжил Ифань, а интуиция в голове Лу Ханя медленно загоралась ярко-красным «Пипец!», – Тао – мой двоюродный брат. Наши родители вчера уехали за границу, а Тао оставили под мой присмотр, да и с Сехуном они хорошо ладят. Но они думали, что он уже болел ветрянкой, а он не болел, и поэтому к нам его нельзя, а родители его вернутся только завтра. Я бы с ним сходил в кино или погулял до утра, но и Сехуна не могу одного оставить, у него только час назад температура была…

«Пипец» в голове Лу Ханя мерзко засмеялся голосом Кададжа, а в комнате подали голоса расстроенные долгим отсутствием хозяина Рыжий и Чжу.

Лу Хань был фикрайтером, и немного – Клаудом Страйфом.

– Хочешь, чтобы я с ним посидел? Конечно, я с радостью, вот только из еды у меня торт-мороженое и вчерашний рис, надеюсь Тао не сильно голодный? Или можно сходить в магазин.

– Нет-нет, у него всё с собой, – тут же повеселел Ифань, незаметно вручая Лу Ханю второй, довольно объемный пакет и руку Тао, – а ещё он тихий и спокойный, я положил ему несколько настольных игр, он увлечется, ты даже не заметишь и можешь спокойно делать свои дела, – и выразительно подмигнул.

И пока Лу Хань отходил от удивления, а Ифань – к лифту, Тао отпустил руку с пакетов и, не обращая внимания на хозяина квартиры, самостоятельно разулся и прошёл в комнату.

– Ой, какие кисы, а можно их погладить? – раздался сначала его счастливый голос и тут же – обиженное «мяяв!» от Рыжего.

Лу Хань встряхнул головой, закрыл дверь и кинулся спасать животных.

Но животные уже спасали себя самостоятельно, шипя на внезапную опасность из-за угла дивана. А Тао с обиженным лицом стоял посередине комнаты и, сверкая свежей царапиной на локте, старательно тёр нос в попытках не зареветь.

Внутренний Сефирот в голове Лу Ханя усмехнулся и развёл руками, напоминая, что Лу Хань с детьми общаться немного… не умеет. А внутренний Клауд Страйф уже помогал искать в аптечке пластыри.

– Кисы не любят, когда их пугают, – чуть позже говорил Лу Хань успокоившемся Тао, – пусть они сначала к тебе привыкнут, а потом мы вместе возьмём их погладить, хорошо?

Тао в последний раз шмыгнул носом и кивнул.

– Так, давай посмотрим, что нам оставил Ифань, поедим, а потом сыграем в какую-нибудь игру. Ты любишь настольные квесты?

Тао кивнул ещё раз и потихоньку снова улыбался, расплываясь кончиками губ от уха до уха. Лу Хань потрепал его по голове и пошёл открывать пакеты.

В первом, подарочном, обнаружилась тридцатисантиметровая, подробная до пряжек на ремешках на груди, фигурка Сефер Сефирота с настоящим чёрным крылом (по правде, за такую Лу Хань согласился бы сейчас сидеть даже со здоровым и вредным Сехуном). Тао при виде неё восхищенно открыл рот и хотел уже протянуть руку, но, видимо вспомнив опыт с котами, только сглотнул. И тут же радостно загорелся глазами, осторожно трогая мягкие пёрышки, когда Лу Хань кивнул «Можно».

Лу Хань ребёнком не был, но понимал сейчас восторг Тао как никто другой.

Через почти пол часа любования со всех углов на сереброволосого солджера с внушительной Масамунэ, сначала коты, а потом и Лу Хань с Тао добрались до второго пакета, в котором и правда оказалась еда. Много еды, на двух ещё таких Тао как минимум.

– Ну что же, голодать мы не будем точно.

А ещё – игра, настоящая настольная два на полтора метра «Последняя Фантазия» с Мидгардом, Вутаем, Затерянным Городом и прочими локациями, и цветными резиновыми шариками Материи, как в настоящей компьютерной игре. И реальными наказаниями для проигравших, вроде «отжаться десять раз» или «щелчок по лбу».

Квесты, бродилки с кубиками и настольные игры Лу Хань любил не меньше фигурок персонажей.

Поэтому весь вечер с удовольствием проползал по полу (в доме Лу Ханя даже не нашлось подходящего размером стола), совсем забыв про давно уснувший ноутбук.

Оказалось, что Тао не только отлично отжимается и делает стойку на руках, но и спокойно может завалить Лу Ханя в битве на кулаках.
И ест, как два таких же Тао, поэтому после всех игр и плотного ужина второй покет не только значительно опустел, но грозился не дожить содержимым до утра.

Ближе к ночи, уставшие, но непобежденные, Лу Хань с Тао завалились прямо на пол с подушками и тортом смотреть «Детей Пришествия».

Где-то к последней речи Кададжа Тао уже клевал носом на плече Лу Ханя, снова прижимая к себе белую игрушечную болонку.

Лу Хань всё ещё не умел обращаться с детьми, но на такую картину не мог не умилиться. Потом подхватил Тао на руки и отнёс к себе на единственную в квартире кровать, планируя всё равно провести ночь за компьютером, а в крайнем случае – воспользоваться диваном.

Тао сквозь сон обнял болонку крепче и пробубнил что-то похожее «на спокойной ночи, Лу хань-гэгэ»…

***
«Над Нибельхеймом взошла кровавая луна»…

Лу Хань откинулся на спинку стула и протёр глаза. Прошёл почти час, как Тао лёг спать, а Самый Лучший В Мире Фанфик ТМ продвинулся всего на одну строчку.

Тридцатисантиметровый Сефирот со своей новой полки над компьютерным столом смотрел на Лу Ханя осуждающе.

Вдруг в комнате Тао раздался негромкий испуганный вскрик.

А Лу Хань всё еще немножко был Клаудом Страйфом.

– Там чудовище! Под кроватью, – жаловался Тао, но, даже так сильно испугавшись, старался не зареветь.

Лу Хань встал на колени и заглянул под кровать. Из-под кровати на него моргнули две жёлтые пуговицы.

– Спи, чудовище больше не придёт, – поправив одеяло, успокоил он Тао, заворачивая в кофту недовольно фырчащего Чжу.

– Вот давай только ты ещё не будешь меня осуждать, хорошо? – сказал Лу Хань коту уже за дверью. – У нас гости, а вы как себя ведёте оба?

Рыжий мяукнул и отвернулся в диван, намекая, что он тут не причём, а Чжу вылез из кофты, ещё немного пофырчал на Лу Ханя на своем кошачьем языке и устроился рядом с усатым собратом.

«Над Нибельхеймом взошла кровавая луна».

В комнате, где спал Тао, что громко упало.

А потом раздалось приглушенное «Ихихихихихи».

Лу Хань уже слышал сегодня, как Тао смеётся, но этот смех на Тао похож не был.

Когда Лу Хань вошёл в комнату, в ней было тихо, ничего заметного не валялась в поле зрения, а Тао сонно щурился на включенный свет.

– Извини, показалось. У тебя всё в порядке?

Тао кивнул.

Лу Хань включил на ноутбуке последнюю сохраненку, восстанавливая в памяти Нибельхеймский пожар.

«Ихихихихихи» раздалось снова.

Рыжий и Чжу синхронно фыркнули, словно насмехаясь над Лу Ханем, и даже внутренний Клауд Страйф почти капитулировал.

Лу Хань резко дёрнул дверь, успев заметить горку из одеяла и копошение.

На включенный чуть позже свет Тао снова жмурился и отлично изображал спящего.

– Если вы сейчас не успокоитесь, я позвоню Ифаню, пусть он приходит и вас забирает, раз уже можно.

Одеяло рядом с Тао отодвинулось, и оттуда выглянул Сехун с лицом в мелкую зелёную крапинку.
На этот раз уже Тао тихонько хихикнул и виновато опустил взгляд, теребя игрушечную белую болонку.

– Лу Хань-гэгэ, это всё балкон. Сехун на него упал, и мы не успели придумать, как ему залезть обратно.

Лу Ханю очень хотелось высказать Тао всё, что он думает о талантах его двоюродного брата падать с балконов и так же забираться по ним обратно.

Но только махнул рукой, мол: делайте что хотите, сегодня я добрый.

Приглушенные разговоры и смех доносились из комнаты ещё полночи, но Лу Хань и на это махнул рукой, только зашёл потом поправить одеяло на крепко обнявшихся и уснувших Тао и Сехуне, да вернуть в руки маленькому хозяину упавшую с кровати болонку.

Солнце уже взошло над Пекином, а пожар в Нибельхейме так и не состоялся.

Утром Ифань долго извинялся за братьев, а Тао в это время гордо рассказывал зевающему Сехуну, как надо правильно гладить Рыжего и Чжу.

А ровно через год прислал Лу Ханю открытку и маленький брелок с самодельным Ферниром. И рассказом, как они с Сехуном нашли его – Лу-гэгэ! – фанфики и тоже решили стать Настоящими Фикрайтерами.

Хотя Лу Хань уже год, как себя таковым не считал.

(Теперь он называл себя краффтером и на следующий аниме-кон лепил из проволоки и полимерной глины Винсента Валентайна для личного анонимного критика с неизменной подписью «К.М.С.»)

Но это уже совсем другая история…

__________________
Пояснения:
– Ганблэйд— оружие, холодное и огнестрельное одновременно
– Crisis Core и Дети Пришествия – названия разных частей популярной игры и аниме Final Fantasy VII она же Последняя Фантазия 7
– Сефирот – главный антагонист, Сефер Сефирот может быть с одним (или больше) крылом
– Клауд Страйф – главный протагонист
– Винсент Валентайн – один из персонажей
– Шинентай – это призраки, наделенные не только энергией, но и физической, материальной оболочкой, в аниме – три разделенные формы Сефирота
– Кададж – младший из шинентай, их лидер
– Вичат – китайский мессенджер
– Мидгард, Вутай, Затерянный Город, Нибельхейм – города и локации
– Чокобо – огромные птицы, что-то среднее между цыпленком и страусом, на них можно ездить
– Мако, материя – энергия, дающая разные скилы
– Шинра – крупнейшая индустриальная и военная корпорация
– Фернир – мотоцикл Клауда Страйфа
– Масамунэ – меч Сефирота. Оооочень длинный
– Солджер – он же солдат (корпорации "Шинра")


@темы: олень и пятнышки, фики, анончик балуется, внешний мир, маленький панда, коварный макнэ, финалочка, почти два метра галактической упоротости